Blog Post

Литературный Санкт-Петербург > Проза > Кровное дело Владимира Васильева

Кровное дело Владимира Васильева

Проигранная Россией русско-японская война не давала покоя писателю Владимиру Васильеву.    Спросите:
– Почему?
Отвечаю:
– Да потому, что это его кровное дело!

Дед его – армейский офицер – участвовал в героической обороне Порт-Артура. Думаю, что именно семейная реликвия – письмо деда – не давало Владимиру Анатольевичу покоя. Возможно, долгие годы он этого и сам не осознавал. Но наступает такое время, когда наше прошлое – прошлое наших родителей и прародителей – нас настойчиво начинает волновать. Да так, что мочи нет терпеть: так хочется заглянуть в ими прожитую жизнь! И прошлое страны не обойти, в которой они жили и которой служили по мере своих сил и возможностей.

И вот что писал дед Владимира Васильева домой от стен Порт-Артура: “Дорогие мои батюшка и матушка! Страшно понимать, что вы будете искать в письме моём слова о скором прибытии. Право, я мог приехать домой при шарфе и револьвере, подписав бумагу, что отказываюсь воевать с японцами. Прошу простить меня, родные, но не по мне поступаться честью. Иду в плен со своими солдатами. Ты, батюшка, скажи матушке…” (привожу текст в современной орфографии. – Н.П.).

Потрясает. Не так ли? Каково было родным получить такое письмо? И внука в наши дни оно потрясло, и в то же время такая взяла гордость за сына Отчества своего – и притом деда, честью не поступившегося, – что он написал роман “Судный день Порт Артура” (СПб.: Политехника-сервис, 2016. – 400 с.)

Многим известен роман писателя Александра Степанова “Порт-Артур”. Степанов писал в журнале “Новый мир” (1945, ¹ 8): “Передо мной стояли три основные задачи: показ героизма солдат и младших офицеров артурского гарнизона, показ развала и разложения руководящей верхушки артурских военных властей, показ тесно связанного с ними широко разветвлённого в Артуре японского шпионажа (ничего себе обвинение! – Н.П.). На примере Артура легко было демонстрировать всю гниль правящей Россией самодержавной клики”.

А вот в анонсе к своей книге наш современник писатель Владимир Васильев спрашивает: “Так ли было на самом деле? Почему тоже проигранная Россией Крымская война, 349-дневная оборона Севастополя служат примером талантливости уже ставших легендарными Нахимова, Корнилова, Истомина, а падение Порт-Артура после его 11-месячной обороны считается позорной капитуляцией командующего Квантунским укреплённым районом генерал-адъютанта Стесселя? Как могло случиться, что после его триумфальной встречи с военным министром, благодарственных слов в адрес славного гарнизона крепости Артур, сказанных Николаем II, Стессель и другие генералы были оклеветаны в печати, а потом отданы под суд?”

Взяв на себя ответственность и большой труд, Владимир Васильев в своём романе (в своей версии) “Судный день Порт-Артура”, созданном на основе малоизвестных исторических документов, рассказывает об 11-месячной обороне Порт-Артура.

Возникает вопрос: почему так разнятся взгляды писателей?  Не хотелось бы принять труд нашего современника за очередной пересмотр истории в угоду современным тенденциям. И я обратилась к биографиям писателей.

А.Н.Степанов (1892-1965).
В 1903 году отец писателя Н.И.Степанов был назначен командиром батареи в Порт-Артур. Когда началась русско-японская война, семья эвакуировалась в Россию, а двенадцатилетний мальчик Саша остался с отцом и стал свидетелем многомесячной обороны крепости. Он выполнял поручения отца, подвозил воду на позиции. Был контужен, чуть не лишился ног. Оборона Порт-Артура на всю жизнь осталась самым ярким впечатлением в его жизни.

Всю Первую мировую войну Александр Степанов провёл на фронте, где близко узнал суровый быт войны.
В 1917 году Степанов был послан в Артиллерийскую академию в Петроград.
После Октябрьской революции в рядах Красной Армии принимал участие в разгроме Юденича. В боях под Нарвой командовал артиллерийским дивизионом, воевал против деникинцев под Ростовом и Екатеринодаром.
В 1921 году подавлял белогвардейский мятеж в Кронштадте. Демобилизовавшись по состоянию здоровья, переехал на постоянное место жительства в Краснодар. Много читал о русско-японской войне, о Порт-Артуре и вскоре начал писать свою книгу, рукопись которой одобрили А.С. Новиков-Прибой и С.Н. Сергеев-Ценский. Первая книга романа была издана в Краснодаре в 1940 году, вторая – там же, в 1942 году.
В 1944 году Япония готовилась вступить в войну с СССР. Александра Степанова вызвали в Москву, и за короткий срок роман “Порт-Артур” был переиздан массовым тиражом.  В 1946 году Александру Степанову была присвоена за него Государственная премия.
Много лет Александр Степанов трудился над новым романом “Семья Звонарёвых” – продолжением романа “Порт-Артур”. Первая книга этого романа вышла в 1961 году. В романе действуют знакомые персонажи.

В.А. Васильев.
Родился 1 декабря 1947 года в семье офицера государственной безопасности, который прошел дорогами войны разведчиком. И судьба его отца после объявления Берия врагом народа сложилась непросто, что отразилось, соответственно, и на судьбе сына. Владимир, в отличие от многих своих сверстников, стал рано задумываться о происходящем в стране.
В автобиографическом романе “Утро начиналось до рассвета” Владимир Васильев пишет: “…Не скажешь же своему секретарю комитета комсомола, что ты подвихнул ногу, когда расклеивал листовки, в которых призывал народ к смещению самого Никиты Сергеевича Хрущёва!”
Частые переезды, разлуки с родными оставили глубокие впечатления в душе подростка, что нашло отражение в его первых стихах, которые смелый пятнадцатилетний мальчик принёс в Дом писателя на улицу Воинова. Там он познакомился с ленинградской поэтессой Элидой Дубровиной и был принят в литературное объединение, которым она руководила. И Васильев пишет: “…В этой творческой среде говорили не только о прозе и поэзии. Забывая о том, что рядом находятся юные дарования, поэты и писатели живо обсуждали как внешнюю, так и внутреннюю политику своего государства…”
Несмотря на настояние родных, юный поэт не пытается поступать в Литературный институт, а выбирает факультет журналистики Ленинградского государственного университета. Его, как в детские годы, привлекает “бродячая жизнь”. После окончания ЛГУ – работа в средствах массовой информации: пишет путевые очерки, рассказы, миниатюры, стихи. В 1977 году он вступает в Союз журналистов СССР.
В новой России Владимир Васильев уходит из журналистики. Он руководит строительным кооперативом, частным торговым предприятием, занимается безотходной переработкой древесины, руководит районным предприятием жилищного хозяйства и теплоэнергетической компанией. Всё это и помогает ему в сложный период становления рыночной экономики глубже вникнуть в суть перемен, происходящих в обществе, на себе испытать “синдром перестройки” и взяться за создание многоплановой социально-психологической драмы, первая книга которой называется “Утро начинается до рассвета” (СПб.: Политехника-сервис, 2010. – 602 с.). Так Владимир Васильев стал романистом. Следом выходит роман “Не проси у прошлого прости” (СПб.: Политехника-сервис, 2010. – 576 с.). Оба романа посвящены молодым людям, бросившим вызов власти в шестидесятые годы и выстоявшим в смуту 90-х.
В 2011 году Васильев вновь выпускает два романа: “Фотография из школьного альбома” и “Надежды необорванная нить”. Они о студентах и школьниках советских институтов и школ, шагнувших из аудиторий и классов в дикий капитализм.
В 2012 году член Союза писателей России Владимир Васильев издаёт роман “Господа-товарищи”. В этом романе он прослеживает судьбы родных людей, побывавших в схожих ситуациях на протяжении почти столетней истории страны.
В следующем году выходит его первая историческая повесть “Триумф и трагедия барона” (СПб.: Политехника-сервис, 2013. – 412 с.), в которой рассказывается об Александре Людвиговиче Штиглице, меценате и патриоте России.
В 2014 году петербургский читатель в серии книг писателей Санкт-Петербурга “Тайны. Мифы. Легенды” получает исторический роман Владимира Васильева “Самсон Суханов”. И в этой же серии переиздаётся его повесть “Триумф и трагедия барона”.
В 2016 году Владимир Анатольевич вновь издаёт сразу два романа “Тень Петра Великого (СПб.: Политехника-сервис, 2016. – 338 c.) и “Судный день Порт-Артура” (СПб.: Политехника-сервис. – 400 с.), привлёкший особое внимание и читателей, и коллег.
Роман “Судный день Порт-Артура” с первой главы захватывает драматичностью ситуации: на скамье подсудимых начальник Квантунского укреплённого района Стессель, командующий сухопутной обороной крепости Фок и начальник штаба Квантунского укреплённого района Рейс.
Писатель избрал испытанный приём: начинать повествование с конца, тем усилив драматургию произведения с первых страниц. Уже до начала суда между офицерами, пришедшими по особым приглашениям в Дом офицеров армии и флота, что на Литейном проспекте, начинаются яростные споры. Динамичность и острота диалога заставляют читателя определиться почти сразу, то есть занять позицию автора. Наверное, это хорошо – ведь это не детектив, и автор сразу высказал свою позицию и предлагает читателю с ним согласиться, обосновывая её на протяжении всего романа. Спор между офицерами очень поучителен и для сегодняшнего времени: “-…их, и в первую очередь отставного генерала Стесселя, вплоть до расстрела надо приговорить, – донеслось до слуха Тузова, и он, прервав размышления, выпалил:
– За что до расстрела? Стессель стольких людей от смерти спас.
– Бороду отпустил, так думаешь, право имеешь адвокатом выступить у предателей, – взорвался генерал. Стессель, в первую очередь, о своей шкуре думал, а не о солдатиках. Солдатики, верные присяге, готовы были за Отечество головы сложить.
– Если бы он о своей шкуре думал, то спрятался бы на Ляотешане, а нас всех под пули отправил и жителей бы города и раненых не пожалел, – перебил генерала Павел.
– Неправда! На Ляотешань могли бы мы все отступить и там долго сопротивляться. На этом настаивал Смирнов, – повысил голос Мехмандаров.
– Извольте, извольте, уважаемый Самедбек, – между Павлом и генералом выросла крепкая фигура Али-Ага Шихлинского. – Наша молодёжь, – он кивнул на Тузова и Флорова, – многого ещё в военной науке не понимает, но в одном они правы – Стессель остановил страшное кровопролитие. Вы сами артиллерист и понимаете, чтобы стало с 14-ю тысячами раненых и с жителями города, когда бы японцы на занятых ими высотах установили орудия. Или хуже того – ворвались в крепость и повторили резню, подобную той, что была устроена китайцам при взятии Порт-Артура несколько ранее. Ради чего? Ведь, признайтесь, помощи ждать было неоткуда…”
И Васильев пишет: “Кто бы из них мог подумать ещё там, среди ужасов страданий, в наспех созданной линии обороны, что они будут присутствовать на суде, что их подвиги станут предметом судебного исследования. Им, людям, не боявшимся воя снарядов и мин, их разрывов,не дрогнувшим под натиском штыковых атак, и в голову не приходило тогда, что командиры, недавние герои после пережитой вместе 11-месячной обороны предстанут перед лицом изысканной столичной публики, перед лицом всего мира, поднимутся на скамью подсудимых и будут обвиняться в предательстве”.
И возникает удивление: ведь это повторилось уже и в наши дни – и не раз!
В своей книге Владимир Васильев старается объективно рассмотреть причины поражения России в русско-японской войне и уделяет немало внимания противостоянию армии и флота, амбициям военачальников и просчётам высших государственных чинов – их недальновидности, безответственности, халатности.
Оба писателя правы, и взгляды их во многом совпадают. Их родные плечом к плечу сражались на границах России, предупреждая посягательства на наши территории.
Территории дореволюционной России, территории СССР и современной России – это земли, политые кровью наших предков, и не только в ходе военных походов. И так понятны размышления одного из обвинителей на процессе генерал-лейтенанта К.Н. Смирнова, бесспорно, патриота России. И Владимир Васильев пишет: “По дороге в Порт-Артур Смирнов до позднего вечера любовался природной красотой Забайкалья. Вглядываясь в уютные ущелья между гор, покрытых густым лесом, меняющиеся лесистые ландшафты, прорезанные множеством больших и малых речек, он с гордостью осознавал себя гражданином великой страны. Где, как не здесь, на сибирских просторах, он понимал во всей полноте огромность государства и пусть малую, но свою причастность к защите его рубежей”.
Не актуально ли?! А если ещё учесть, что до сих пор нет мирного договора между Россией и Японией…
Есть надежда, что книги Владимира Васильева смогут всё-таки противостоять невзоровщине со всей ее эфирной кликой, опасной потому, что, даже когда говорятся трезвые вещи, они облекаются в вульгарную фразеологию с претензией на мефистофельство.
На волнующие вопросы тех, кому небезразлично правдивое изложение истории, кому дорога память о наших предках, старается ответить в своих романах писатель Владимир Васильев.
Надежда Перова,
член Союза писателей России