Blog Post

Литературный Санкт-Петербург > Дорога к вере > …Россия славу расширяет

…Россия славу расширяет

Сегодня мы открываем для себя много несправедливо забытых в силу разных причин имен. Знакомство с жизнью и деятельностью замечательных сынов Отечества, которыми так богата Русская земля, обогащает наш внутренний мир, раскрывает горизонты духовной жизни и побуждает зачастую по-новому переосмысливать многие явления и нашей истории, и современности. Для нашей семьи большим событием стала встреча с творчеством Симеона Полоцкого. Мне, конечно, было известно это имя, но оно в моем сознании стояло в ряду многих и воспринималось довольно отвлеченно. Но случилось так, что мне довелось познакомиться с этим именем поближе.

Общество памяти игумении Таисии, занимающееся изданием духовно-просветительской литературы, стало готовить к публикации книги Симеона Полоцкого. Надо сказать, что многие из них были изданы только после его смерти – несмотря на свое высокое положение и влияние, он не стремился к литературным почестям. Сборники стихотворений остались по скромности вообще неизданными; впоследствии напечатаны из них лишь отрывки. Возникла необходимость в переводе с церковнославянского. Первой оказалась знаменитая печатная книга XVII века “Жезл правления, утверждения, наказания и казнения”, которая была написана для опровержения оснований раскола. Оказалось, что эту книгу написал Симеон Полоцкий. Жезл – символ духовной опоры и действенной помощи Божией в жизненном странствии. Церковный Собор признал, что “Жезл” написан “из чистого серебра Божия Слова”. “Жезл” стал главной официальной книгой, обличавшей раскольников, их взгляды и убеждения. Ее широко цитировали и обсуждали сразу же после выхода в свет. К “Жезлу” продолжали часто обращаться и в XVIII веке. Меня поразила необычность старинной книги, афористичность высказываний, отточенность формы и тщательное разъяснение богословских вопросов. Судя по всему, “Жезл” предназначался не только служителям Церкви, но и широкому кругу читателей, что, как оказалось, свойственно вообще всем подготовленным Симеоном Полоцким изданиям. Я поняла, что это выдающийся богослов, возможно, монах-отшельник. С большим почтением мы поставили книгу на книжную полку.

И вдруг – совсем другой ракурс. Предстоял перевод сборника проповедей “Вечеря душевная”. На меня обрушился каскад красочных образов, смелых сравнений, ярких аллегорий, разнообразных тем и сюжетов, неожиданных тем, что исторические события жизни Христа, Божией Матери и святых показаны в тесной связи с жизнью современного человека и в их значении для него. Меня поразила высокая экспрессивность проповедей, яркая эмоциональная окраска. Проповеди Симеона Полоцкого написаны в строгом соответствии с правилами гомилетики и при этом отличаются особенным вниманием к их адресату, к жизненным проблемам слушателей. Это было необычно для того времени и оказалось благотворным для церковной жизни. Симеон Полоцкий обращается к читателю как к собеседнику, который находится рядом с ним, – “слушатели православные”. Стиль проповедей Симеона Полоцкого чужд вычурности. Он излагает свои мысли в виде стройной нити ярких рассказов, наглядных описаний, хорошо воспринимающихся в силу их художественной изобразительности. В них нет ничего абстрактного, искусственного или бесцельного. По содержанию они являются пламенным призывом следовать духовно-нравственному идеалу православия и этим могут быть полезны в наши дни напряженного поиска жизненных целей.

Проповеди Симеона Полоцкого, а в совокупности их более 200, – не только нравственные поучения, но и эмоциональное обращение к живому человеку, и потому они убедительны. Они были заметным явлением XVII века. Многие из них не утратили своего значения и сегодня. Сами названия сборников проповедей “Обед душевный”, “Вечеря душевная” могут быть восприняты как символ вкушения духовной пищи. Начиная с Симеона Полоцкого, проповеди становились востребованными не только во время церковной службы, но и в самостоятельном чтении паствой текстов проповедей, которые собирались, как правило, в обширные книги (“книжные проповеди”). Такая литература действительно может занять достойное место в домашнем чтении! Так и случилось в нашей семье. А портрет Симеона Полоцкого стоит у меня на столе. Думаю о том, что он прожил всего пятьдесят лет, и сейчас я уже старше. Его живые и задумчивые, немного грустные глаза, контрастирующие с седыми власами и слегка согбенной фигурой человека, преждевременно состарившегося от великих трудов, наблюдают за моими действиями, и мне невольно приходится давать ему отчет в своих поступках.

Личность Симеона Полоцкого (1629-1680) – яркое, неординарное явление отечественной культуры ХVII века. Выдающийся церковный и светский общественный деятель, богослов, духовный писатель, педагог, учитель детей царя Алексея Михайловича, автор тысяч виршей и сотен проповедей – это далеко не полный перечень граней и талантов феноменальной для своего времени фигуры Симеона Полоцкого. На его произведения в дальнейшем опирались многие известные просветители и общественные деятели XVIII столетия. В нем сочеталась пламенная ревность о Боге, побуждавшая его отдавать свои силы и многие таланты ради духовного единства Церкви в борьбе против Церковного раскола, и горячее стремление способствовать развитию образования и просвещения России, Белоруссии, Украины, опираясь на современные достижения мировой науки и искусства. Во всем многообразии кипучей деятельности усматривается духовный вектор его жизни.

Самуил Гаврилович Петровский-Ситнианович родился в 1629 году в Полоцке, получил образование в Киево-Могилянской академии. На всю жизнь он оставался верным учеником и последователем Лазаря Барановича (с 1657 года епископа Черниговского), который был его наставником в Киево-Могилянской академии. В 1656 году он принял монашество в православном Полоцком Богоявленском монастыре и стал дидаскалом братской школы в Полоцке, где и учительствовал восемь лет. Симеон, как было принято в те годы, слушал дополнительные в иезуитских высших учебных заведениях на Западе, но оставался верным Православию.

Симеон Полоцкий был разносторонне одаренным и образованным человеком, бесстрашно внедрявшим свои опережающие время проекты в общественную жизнь, что вызывало неоднозначное отношение у окружающих. Но он смело шел вперед, служа Богу и Отечеству. У него было немало блестящих начинаний.

Помимо выдающейся церковной и светской общественной деятельности, занятий богословием и педагогикой Симеон Полоцкий известен и своей литературной деятельностью. Обладая поэтическим даром, Симеон Полоцкий выступил в русской литературе основоположником поэтического и драматического жанров. Он видел свое призвание в литературе и считал себя “трудником слова”. Будучи белорусом по происхождению, он стал первым в русской литературе писателем-профессионалом, чье имя приобрело европейскую известность. Его огромное поэтическое наследие стало настоящей школой для таких видных российских поэтов-просветителей, как Мардарий Хоныков, Сильвестр Медведев, Карион Истомин, Антиох Кантемир, М. В. Ломоносов. С большим уважением к нему относились святитель Димитрий Ростовский, митрополит Стефан Яворский.

Творческое наследие Симеона Полоцкого обширно: книги проповедей “Обед душевный” и “Вечеря душевная”, богословский труд “Венец веры православно-кафолической”, сохранившиеся только в рукописях книги “Рифмологион” и “Вертоград многоцветный”, включающие не одну тысячу стихов. В “Рифмологионе” воспевались события из жизни царского семейства; также в эту книгу был включен “Орел Российский, в Солнце представленный”, посвященный царю. После кончины царя Симеон Полоцкий написал в стихах “Драматическую элегию”, в которой сам царь обращается перед смертью к Богу и наставляет на царствие своего наследника, цесаревича Федора Алексеевича, а также ко всем членам царской семьи, к Патриарху и всем своим подданным, а также двенадцать “Плачей” о царе.

Я обратила внимание на то, что “Вечерю душевную” предваряют “краесогласные” стихи, настраивающие читателя на восприятие нравственных поучений. Так я узнала, что Симе- он Полоцкий еще и поэт и, как оказалось, немаленький. Его стихотворения (сборник “Carmina Varia”) также были изданы Обществом памяти игумении Таисии.

Симеон Полоцкий стал одним из зачинателей русского “библейского театра”, написав несколько пьес стихами и прозой (“Комедия притчи о блудном сыне”, трагедия “О Навуходоносоре царе, о теле злате и о триех отроцех, в пещи не сожженных”, и др.). Первые стихотворения он написал еще в годы учебы. С творчеством Симеона Полоцкого связано возникновение в русской литературе стиля барокко. Симеон Полоцкий принес в русскую литературу силлабическую систему стихосложения, организующим принципом которой было равное количество слогов в рифмующихся строчках. Это было необычно для его времени и привлекало внимание.

Издательская деятельность Симеона Полоцкого способствовала популяризации богословских идей, формированию новых жанров произведений, реформированию литературного языка за счет приближения его к живой разговорной речи и была направлена на просвещение русского общества. Симе- он Полоцкий вырастил немало квалифицированных редакторов, энциклопедически образованных людей. Он основал в Москве некий писательский цех, создав новый тип писателя- профессионала. Он считал, что писатель-профессионал – это и педагог, и библиофил, так как в занятиях литературой главное не талант, а знания. Библиотека Симеона Полоцкого состояла из 600 томов.

Пользуясь благосклонностью царя, Симеон Полоцкий развернул в Москве широкую просветительскую деятельность – он преподавал в Богоявленской и Заиконоспасской братских школах, открыл в Кремле типографию, первой изданной книгой которой стал “Букварь”, возглавлял созданную при Приказе тайных дел первую в России школу нового типа, где обучал латинскому языку государственных чиновников – будущих дипломатов. Он же разработал проект организации в Москве высшей школы, который позднее был положен в основу создания будущей Славяно-греко-латинской академии.

Симеон Полоцкий составлял речи царя, писал торжественные объявления; ему было поручено написание Деяния Соборов 1666-1667 гг.; он переводил полемические трактаты Паисия Лигарида и выполнял некоторые его поручения, требовавшие специальных познаний и ловкости пера. По уполномочию Восточных Патриархов, приехавших в Россию по делу Никона, он произнес пред царем речь о необходимости “взыскать премудрость” (т. е. усилить просветительскую деятельность) в государстве. Его кипучая просветительская деятельность вызывала неоднозначное отношение, но высокое положение делало его неуязвимым. Помимо этого, противники Симеона Полоцкого не могли соперничать с ним по части ума и образованности.

Одним из творческих импульсов Симеона Полоцкого стала его жизнь при дворе и обучение царских детей. Первоначально царя привлекло его поэтическое творчество. С царем Алексеем Михайловичем он познакомился в 1656 г. в Полоцке, когда царь посетил Полоцк в связи с началом русско-шведской войны, и приветствовал государя написанными к этому случаю стихами. В 1660 г. Симеон с младшей братией посетил Москву и снова читал свои стихи перед царем, который благосклонно отнесся к ученому монаху из Полоцка. В 1664 г., когда Полоцк перешел к Польше, Симеон переселился в Москву, где получил поддержку царя Алексея Михайловича и патриарха Иоасафа. При дворе он был признан мудрейшим богословом, философом, поэтом и ритором. Царь поручил ему учить своих детей, а патриарх постоянно давал ему поручения по составлению документов и богословских сочинений. Словами митрополита Евгения (Болховитинова), “он явился к царю и патриарху Иоасафу и принят был ими как православный единоверец и муж, просвещенный многими сведениями, с отменною милостию”. С 1667 г. на Полоцкого было возложено воспитание и образование царских детей – царевича Алексея, а после его смерти – царевича Федора (будущего царя Федора Алексеевича, восшедшего на престол в 1676 г.) и царевны Софьи. Он учил Петра I, которому к кончине Полоцкого было 8 лет. К его наставлениям прислушивались и царь, и дети. Видя главную задачу России в создании вселенского православного царства, он обращался к царю:

Да возвеселится Израиль Новый
(царство Российское) о сотворшем
его и синове Сиона Московскаго да
возрадуются о тебе, царе своем.

Действительно, мы находим отражение обширных знаний Симеона Полоцкого в его стихотворениях, которые носят поучительный и просветительский характер. Таковы вирши, в которых преподносятся азы математики, знания об органах чувств, которые есть двери познания мира. Заметно, что Симеон стремится открыть разные двери познания – он обращается и к чувствам, и к разуму читателя. Более того, чтобы повысить действенность своих книг, Симеон стремился к разнообразию и выразительности даже их внешнего, декоративного убранства. Известно, что он сотрудничал с замечательным русским художником Симоном Ушаковым в Верхней типографии и консультировал его относительно редкого тогда способа печатания гравюр с медных досок (офортов).

Его стихотворения нередко представляют собой стихотворную форму уроков. Обладая недюжинным литературным талантом, Симеон Полоцкий скромно считал, что в занятиях литературой главное не талант, а знания. В стихотворениях Симеона Полоцкого не только увлекательно преподносятся те или иные знания, но и закладывается фундамент духовно- нравственного и патриотического воспитания. В том числе Симеон Полоцкий наставляет царских наследников, как должно управлять государством и относиться к подданным:

Тако начальник должен есть творити
Бремя подданных крепостно носити,
Не презирати, не за псы имети,
Паче любити, яко своя дети.

Он развивает в своих царственных учениках политическое сознание:

Како гражданство благо пребывает,
Гражданствующим (правителям) знати подобает.

Будучи монахом, Симеон Полоцкий признавал, что светская наука и, в первую очередь, философия, вторична по отношению к богословию. В “Вертограде многоцветном” он писал:

Философии конец: тако людем жити,
Еже бы посилному Богу точным быти.

Заботливость Симеона о читателях проявилась даже в советах по сохранению телесного здоровья, также выраженных в стихотворной форме.

Именно стремление как можно яснее и доходчивее передать знания прежде всего обусловило особый стиль Симеона Полоцкого. Сложные формы стиха использованы им только при написании придворных стихословий и панегирических виршей. Своими знаниями он пользовался для изложения нравственных и вероучительных истин, применяя смелые сравнения и аналогии с природным миром, который, как и человек, сотворен Богом. Образно излагая современные ему научные идеи, он делал это ради достижения воспитательного эффекта. Симеон Полоцкий стремился обобщить всю книжную мудрость и научить максимально широкую аудиторию, тем самым существенно содействуя развитию отечественного образования. Он стремился воспитать читателя просвещенного и благочестивого. Так поступали и другие его замечательные соотечественники – Лаврентий Зизаний в Большом кати-хизисе, Михайло Ломоносов, Григорий Сковорода. Такие приемы Симеон Полоцкий использовал и в своих ярких и убедительных проповедях. Он считал, что “совершенный человек” отличается прежде всего высокими нравственными качествами. Поэтому детей должно учить “прежде добронравию, неже витийству: яко сие без оного, аки тело без души есть”.

К новшествам Симеона относится и разработка им жанра панегирика. Он сочинял “приветства” на Рождество, именины и дни рождения членов царской семьи. Симеон на четверть века опередил появившуюся в России моду на басню: он перерабатывал басни античных писателей – таким образом впервые в русской литературе появилась стихотворная басня.

В те времена была высока популярность астрологии, однако Симеон Полоцкий в стихотворениях соответствующей тематики подчеркивает, что не звезды предопределяют жизненный путь человека. Есть Божественный Промысл, и есть свободная воля человека, выбирающего между добром и злом.

В усвоении преподаваемого Симеоном особенно преуспевал царевич Федор, о котором говорили, что он любитель наук, прежде всего математических. При этом он овладел искусством стихосложения и участвовал в выдающемся труде Симеона Полоцкого – в первом стихотворном переложении Псалтири, лично переложив два псалма. Четырнадцатилетний Федор Алексеевич, ученик Симеона, хорошо усвоивший его наставления, стал царем после смерти отца 29 января 1676 г. и успешно решал сложные вопросы в области внешней политики и проводил внутренние реформы. После его безвременной кончины на царство взошел Петр I, также ученик Симеона Полоцкого.

Симеон Полоцкий был первым в России, кто осуществил стихотворное переложение Псалтири (Псалтирь рифмотворная”, которая стала и первым стихотворным произведением, напечатанным отдельным изданием в России). В конце Псалтири он вставил весь годовой месяцеслов имен святых в своих стихах. “Псалтирь рифмотворная” стала одним из лучших и популярных изданий этого периода и была напечатана в 1680 г. в построенной Симеоном типографии. В 1685 г. “Псалтирь рифмованная” была положена на музыку дьяком Василием Титовым. М. В. Ломоносов называл “Псалтирь рифмотворную” вратами своей учености и, как сказал митрополит Евгений (Болховитинов), “первые свои понятия о красоте и величестве поэзии заимствовал из “Псалтири” Полоцкого”. Исследователи творчества Симеона Полоцкого М. А. Робинсон и Л. И. Сазонова высказывают удивление убежденности некоторых в том, что Симеон якобы переводил с польского “Псалмы Давида” Яна Кохановского, настолько явно различие поэтического подхода обоих переводчиков. Жизнь Симеона Полоцкого, исполненная драматизма, освещенная духовным устремлением, отразилась и в его поэтических произведениях. И борьба с несправедливыми наветами, и трагические события – жестокое и смертельное избиение стрельцами его брата Исаакия, также иеромонаха, в 1674 или 1675 г., и отступление от православной веры его брата Луки, вероятно, ученого философа и филолога. В архивных документах найден текст Симеона Полоцкого: “Давно я знал твою склонность к этой измене, но не предполагал такого упрямства с упорством и не думал, что будешь жестоким. В чем, если не услышу исправления, знай, что последний раз читаешь от меня: Vale”. Стихотворения становятся обобщенной формой выражения личных переживаний. Такова рубрицированная композиция стихотворения “Смерть трегуба”, в котором дано глубокое понимание сути и значения человеческой жизни и смерти:

Треми образы в мире смерть бывает.
Первая душу с телом разлучает
Вторая, грех есть душу убиваяй
благодати ю божия лишаяй.
Третяя во день судный совершится
егда с душею и тело казнится.
Первая страшна, но вреда не деет
вторая зла есть, но врачбу имеет
Покаяние, третяя зла вечно

огнем бо лютым мучит безконечно.

Патриотические чувства Симеона Полоцкого в связи с современными ему историческими событиями также нашли отражение в его стихотворениях. Важнейшей задачей он считал воспевание могущества и славы Российского государства.

Он выступал против завоевательных войн, “неправедной брани”, и в поддержку оборонительных военных действий, а также религиозного просвещения и распространения православной веры, считал необходимым сосредоточить государственную власть в руках царя, что поможет устранить смуты и установить мир. Он называл царя “светом веры” и считал само присутствие его на белорусской земле великим благом:

Витай, Алексию, славный под небами,
Надею России межы монархами.
Преславный звытяжца, который з милости
К Богу опустилесь царские вчесности.
Добылесь меча, бы овец преспералесь
Христови и в небо оным пути сказалесь.

Симеон Полоцкий подчеркивал, что главная цель русского царя, “великого поборника за веру Христову”, в войнах с Польшей и Швецией – миссионерство, забота о чистоте веры. Тема войны и мира была значимой для него на протяжении всей жизни, многие его стихотворные сочинения посвящены военной тематике. Славу России он видел также в расширении пределов знания, в развитии образования, сокрушаясь о непонимании этого современниками:

…Россия славу расширяет
Не мечем токмо, но и скоротечным
типом, чрез книги с сущым многовечным.
Но увы нравов! Иже истребляют,
яже честным трудове раждают.
Не хощем с солнцем мирови сияти,
в тме незнания любим пребывати.

Он хорошо осознавал, что развитие книгопечатания принесет России славу “паче сокровищ”.

Симеон Полоцкий оказался волей Божией на пересечении культур. Много лет он писал свои стихи на трех языках – польском, старобелорусском и церковнославянском. Он тепло относился к польскому, белорусскому, русскому и украинскому народу, полагая, что объединяющим началом славянских народов может и должно стать единое – православное – вероисповедание. Так, книги Симеона Полоцкого были очень популярны на Украине. Известно, что они высылались по просьбе запорожцев. Действительно, в “Вечери Душевной” помещено “Слово к православному и христоименитому запорожскому воинству” по случаю принесения в полки иконы св. Алексия, митрополита Киевского. Благодаря яркой и масштабной личности Симеона Полоцкого сдерживался разрыв между Церковью и культурой. При этом он всячески боролся за чистоту веры и стоял не за обмирщение Церкви, а за во-церковление культуры.

Он первый из российских литераторов взял на себя роль “советника царей”, наставляя власть и российское общество, влияя на идеологию и политику. За ним последовали М. В. Ломоносов, Г. Р. Державин, Н. М. Карамзин, Н. В. Гоголь, Ф. М. Достоевский, А. И. Солженицын.

Его разносторонняя литературная деятельность и начинания в поэзии явились мощным толчком последующего развития отечественной культуры на духовных основаниях. Труд писателя Симеон Полоцкий воспринимал как личный нравственный подвиг. Подобно тому, как Бог сотворил мир Словом, писатель своим поэтическим словом творит мир художественный. Благодаря Симеону Полоцкому просветительная книга и слово заняли более высокое место в отечественном общественном сознании.

Елена Коржова