Иоанн ШЕНКА
* * *
Первый иней землю колет;
Осень бродит не спеша.
Беспредельно чисто поле,
Как крестьянская душа.
За межой — межа другая:
Ни деревни, ни людей.
Дремлет Родина нагая,
Ничего не снится ей.
В забытье ведет дорога —
К дому деда моего.
Там давно уж, кроме Бога,
Птиц и ветра — никого.
Мне дойти бы и проститься
С крышей и гнездом стрижей.
А, быть может, эти птицы —
Шутки памяти моей.
* * *
Проснусь: весна. Замру.
Щеколда щёлкнет —
По-новой все, опять придут в мой край
Тепло и радость, — и во мне умолкнет
Зимовья отзвук под цевницы стай.
Здесь холодно ещё, больничный воздух.
Не запах смерти если, то парфюм.
Бывает, попадешь сюда на роздых,
А утром истерзает белый шум.
Но вот весна. В окошко — новый запах.
До боли в лёгких жадно задышу.
Не брежу ли? Она ль в моих палатах?
Боюсь спугнуть. И вновь едва дышу.
* * *
Провинция, Волга, мольберт.
Годами в глазах стариковских
Плывет за портретом портрет
Красавиц дворов верхневолжских.
Волос оттенится каштан
И выразит трепет улыбки.
И строгость античных Диан
Находит художник в избытке.
Как холст, выцветал и тускнел
Он, щурясь от едкого солнца.
Сменилась на пепел и мел
В бородке охряность червонца.
Все меньше и мельче деньков
Отводит голодное время.
А стремя, какое там стремя…
Когда б не лишиться очков.
Но жив он. И тем существует,
Что юностью дев дорожит.
И сердце и дух торжествуют,
Когда перед музой сидит.
И, вечной весною увенчан,
Он верит, что в музыке лет
Поют красоту этих женщин
Провинция, Волга, мольберт.