«И земля без зверей — не земля, не земля!»
Р. Рождественский, «Просьба»
Говорят, что кошки плохо различают цвета предметов.
Может, это так и есть, хотя, думается, не все так просто.
Темная пушистая кошка Каря (Карина) очень уж долго в этот
раз кокетничала со своим избранником — большущим тол-
стым рыжим котом Дюшей (вот уж не знаю, каково было его
полное имя), прежде чем ответить взаимностью на его звуч-
ные излияния — очевидно, с возрастом у всех, даже у котов,
появляется этакое здоровое чувство недоверия к высокому
штилю. Однако, как говорится, вода камень точит, и потому
долгие громкие излияния влюбленного кота в конце концов
растопили холод Карькиного маленького сердечка.
Результат этого действа не замедлил появиться по про-
шествии двух месяцев. Именно по прохождении этого вре-
мени старенькая кошка Каря подарила миру свое очеред-
ное творение (а кто знает — может быть, и последнее — коша-
чий век короток) — малюсенького слепого зверька. Очевид-
но, годы сделали свое свое черное дело — котеночек этот
родился один, без братьев и сестер.
Однако несмотря на свои преклонные годы, кошка Каря
заботливо вылизывала новоявленного рыжего сынка и под-
кладывала к своим, уже совсем маленьким, соскам.
А кот Дюшка лежал на брюхе на коврике и внимательно
смотрел на них со стороны. Может быть, он что-то и говорил
им на своем кошачьем языке, но не дано людям слышать и
понимать такие высказывания. Кроме разве что самого при-
митивного «Мяу!».
А может быть, он ничего и не говорил, а просто думал о
чем-то своем, котовом. Он ведь тоже был уже не молод —
большой рыжий кот Дюшка, много чего повидавший на сво-
ем кошачьем веку, возможно, хотел предостеречь и о пло-
хом, и о хорошем. Может быть, глядя сверху, с дивана на
своего совсем еще слепого сосунка, он хотел его предохра-
нить от каких-то опасностей в будущей жизни. Кто знает?
А может быть, его просто привлекал такой же рыжий, как и
у него самого, цвет маленького котенка? Хотя кошки ведь,
как говорят некоторые ученые люди, плохо различают цвета
окружающих предметов… Может быть, и так, но вот стран-
ные отношения оказались в этой кошачьей семье.
Темненькая кошка Каря исправно кормила своего сперва
слепенького, а потом прозревшего, росшего, казалось, не по
дням, а по часам детеныша, но совсем не играла с ним, как
обычно это делают кошки со своими котятами.
Напившийся молока и заметно округлившийся от этого
действа рыжий малыш с достоинством покидал свою дрем-
лющую мать и твердыми шажками шел к своему, такому же
рыжему отцу. Подойдя, малыш не лез с нежностями, как мог
бы позволить себе с кошкой Карей, а сдержанно, по-мужски,
ложился рядом с котом. И тогда большой и толстый кот Дюш-
ка, подойдя к дремлющей малявке, тихонько трогал его тол-
стой мягкой лапой, поворачивал и так, и этак, словно внима-
тельно осматривал и, окончив осмотр, вновь ложился ря-
дом с котенком, и, казалось, начинал дремать. Потом вдруг
беспокойно поднимал большую рыжую голову, беспокойно
вставал и опять начинал осмотр своего малыша, доверчиво
дремлющего рядом маленького рыжего детеныша…
— Они дружат, — сказала как-то хозяйка животных, наблю-
дая за поведением этой разновозрастной кошачьей пары. —
А вот с кошкой почему-то нет…
Мне тоже казалось, что в отношениях большого и малень-
кого котов было что-то от настоящей дружбы. Причем ис-
тинно мужской, без нежностей.
Игорь Дядченко
